Картина дня. Финансы

45 678 подписчиков

Свежие комментарии

Генерал грозил Сталину сесть в лужу

Генерал пишет Сталину, что тот ничего не понимает в военном деле. Что тщательно спланированный план Сталинградской операции обречён на провал. Пишет в самую горячую годину Великой Отечественной. С нарушением всех законов субординации, через голову командира. Это не сюжет фильма ужасов, вполне реальная история танкового генерала Василия Вольского.

Генерал грозил Сталину сесть в лужу

Представьте, если бы письмо генерала дошло до товарища Сталина по версии «историка» Солонина, по версии Сванидзе или Солженицына. Как скоро оказался бы в «пытошных застенках» Лубянки непокорный генерал? Почитаешь иные псевдоисторические труды и почти не сомневаешься, дописать бы не успел, чернила бы не засохли.

История Вольского хорош известна. Крыть нечем, поэтому у либеральных историков считается хорошим тоном сразу заявить – ничего не доказано, история сомнительная, не могло такого быть.

Стал копать и сходу нашёл сразу три крайне авторитетных источника. Мемуары Василевского, Чуйкова и беседы с Язовым. Что характерно, в отличие от псевдо-историков, все трое заслуженные маршалы.

Честно говоря, поступок генерала Вольского для человека военного выглядит, и правда, странновато. Иные понятия о субординации у кадрового служаки в спинной мозг строевой вбиты.

Но дело в том, что Вольский вовсе не кадровый танкист. Он был человек творческий, разведчиком он был и крайне высокого полёта.

Служба его засекречена до сих пор, не прошли ещё такие сроки. Зато известно, что в начале тридцатых Вольский работал в Англии. Скромным торговым представителем кооператива АРКОС.

Была такая замечательная структура, через которую в обход санкций молодое Советское государство закупало станки и военную технику. А заодно мощнейшая резидентура разведки большевиков. Закрывали британцы АРКОС с большим скандалом после провала ряда наших разведчиков.

После Британии Вольский едет в Милан, опять же, исключительно по «торговым» делам. Работает специалистом по инженерным делам в торговом представительстве. А позднее уже официально, военным атташе при посольстве.

На Родину вернулся в тридцать шестом. Обычный инженер, торговый специалист, пусть и прошедший Первую Мировую. Поступает этот завсклад сразу в распоряжение Разведупра Красной Армии. Будущего ГРУ, в общем, так что сомнений никаких.

Поэтому то, что кадровый офицер даже не задумался бы сделать, Вольский выполнил храбро и прямо. Были сомнения о правильности грядущей Сталинградской операции – не счёл для себя возможным промолчать. Честно изложил соображения в письме Верховному. Достойно уважения.

Больше того, первому за это письмо влетело не автору, а Василевскому. Тот возглавлял Генштаб и был представителем Ставки на Сталинградском фронте. За два дня до начала наступления, 17 ноября Сталин вызывает Василевского в Кремль. И знакомит с содержанием письма командира мехкорпуса. Того самого корпуса, который должен был выступить главной ударной силой наступления:

«Дорогой товарищ Сталин! Считаю своим долгом сообщить Вам, что я не верю в успех предстоящего наступления. У нас недостаточно сил и средств для этого. Я убеждён, что мы не сумеем прорвать немецкую оборону и выполнить поставленную перед нами задачу. Что вся эта операция может закончиться катастрофой и вызовет неисчислимые последствия, принесёт нам потери, вредно отразится на всём положении страны...»

Можете представить такое письмо нынешнему руководству? При том, что времена сегодня на порядок более травоядные? А ведь командир корпуса пишет великому и ужасному, по мнению либералов, Сталину.

Сталин мог поступить десятком способов. От немедленного расстрела до снятия заколебавшегося командира с должности. Но вождь невозмутимо расспросил Василевского какой офицер Вольский, как показал себя, после чего сразу же набрал командира корпуса по ВЧ.

Василевский пишет, что Сталин не устраивал разноса. Ровно наоборот:

«Я думаю, что Вы неправильно оцениваете наши и свои возможности. Я уверен, что Вы справитесь с возложенными на Вас задачами и сделаете всё, чтобы Ваш корпус выполнил намеченное и добился успеха. Готовы ли Вы сделать все от вас зависящее, чтобы выполнить поставленную перед Вами задачу?»

Когда Вольский подтвердил, что задача будет корпусом выполнена, то услышал в ответ:

«Я верю в то, что Вы выполните Вашу задачу, товарищ Вольский. Желаю Вам успеха».

А вот обещанные мемуары Василия Чуйкова о том, что получилось у Вольского в итоге. Чуйков пишет, что в результате слаженных действий корпусов генералов Кравчено и Вольского удалось замкнуть немцев в крупный котёл. Задача, поставленная Сталиным, была выполнена блестяще.

Более того, Сталин даёт распоряжение Василевскому, что называется «по горячим следам» передать Вольскому благодарность вождя и наградить за успешные действия прямо на фронте. Не дожидаясь, пока по инстанциям пройдут документы о награждении.

Ради такого дела Василевский пожертвовал собственный трофейный вальтер. На пистолете срочно сделали гравировку и Василевский лично вручил Вольскому награду вместе с благодарностью вождя.

Василевский вспоминал, что и он сам и Вольский находились в состоянии крайнего нервного напряжения. Операция по замыканию кольца была крайне рискованная, но только она могла принести крупный успех. Именно вера Сталина в успех операции помогла преодолеть все сомнения и добиться успеха.

Корпусу Вольского пришлось совершить и ещё один подвиг, в который не могли поверить немцы. Когда Паулюс уже варился в нашем котле к нему на прорыв подошла крупная танковая армия Манштейна.

На одном из участков окружение было прорвано. Еще день-два и вся Сталинградская операция рассыпалась бы. Группировка Паулюса в триста тысяч вышла бы на оперативный простор, развернулась и стала крайне опасной силой.

На подмогу спешила вторая гвардейская армия Малиновского. Но не успевала катастрофически. Вот тут основную силу удара немцев приняли на себя танкисты Вольского. Которых было на порядок меньше атакующих сил немцев.

Вот как оценил подвиг ребят Вольского командующий фронтом Ерёменко:

«Величайшая заслуга наших частей и соединений, вступивших в неравный бой с группой войск Гота — Манштейна, состоит в том, что они ценой неимоверных усилий и жертв выиграли восемь дней драгоценнейшего времени, необходимого для подхода резервов».

Для Вольского опасное письмо Сталину тоже осталось без последствий. Получил генерал-лейтенанта, а потом и генерал-полковника. Дважды после Сталинграда награждён высшим орденом Ленина. Командовал танковой армией.

Ушёл рано, после Победы обострился недолеченный туберкулёз. Врачи ещё в сорок третьем отправляли на больничную койку, но вынес все грозовые годы на ногах.

Остался в памяти товарищей честным и храбрым человеком. Не побоявшимся прямо написать товарищу Сталину все свои сомнения. Что называется, оцените уровень доверия командира своему Верховному!

МемуаристЪ.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх