Картина дня. Финансы

45 536 подписчиков

Свежие комментарии

  • лина любимцева
    Я очень симпатизирую многострадальным курдам. Отважные люди!!Европа сдала курд...
  • Гаражный кооператив ЛАДА
    НИ КОГДА И НИ ГДЕ производство и разработка ЭЛЕКТРОНИКИ И КОМПАНЕНТОВ НЕ БЫЛИ ЧАСТНЫМ ПИЗНЕСОМ И НЕ БУДУТ. Чес в СМИ ...О трудностях Кита...
  • ВЛАДИМИР ЛАПИН
    с такой рожей как у этого мяу, не нужно быть ни психологом, ни криминалистом, у него прямо на морде лица написано, я ...В Москве по делу ...

«Сочувствовал большевикам и ругал белых». История командира американских интервентов в Сибири

Иностранная военная интервенция в Россию — весьма интересная тема для исследования, обросшая многими мифами. Ведь есть люди «двух противоположных полюсов» (я уверен, они найдутся в комментариях). Первые полагают, что Интервенция была каким-то мифическим событием, мол, больших столкновений РККА с контингентами интервентов было немного. В общем, масштабы Интервенции всячески преуменьшаются. Вторые пытаются доказать, что большевики победили миллионные регулярные армии 14 государств, которые, якобы, в едином порыве выступили против «молодой Советской республики».

«Сочувствовал большевикам и ругал белых». История командира американских интервентов в Сибири

На самом же деле ситуация куда сложнее и интересней, на мой взгляд. Ведь, во-первых, единого лагеря Интервенции не существовало. Потому как сами интервенты были, вообще-то, противниками (Германская империя и её союзники против Антанты и её союзников). Во-вторых, на разных фронтах Гражданской ситуация различалась (где-то интервенты имели большее влияние, где-то — меньшее). В-третьих, государства, принявшие участие в Интервенции, преследовали разные цели, порой стремясь не допустить усиления друг друга. В-четвертых, многолетняя Первая мировая война не позволила никому использовать свои вооруженные силы против РККА «на полную катушку» (как правило, контингенты были небольшие, за исключением японцев и чехословаков).

А боязнь «левых идей в армии» довольно скоро привела к эвакуациям иностранных контингентов из России (за исключением японцев, эти располагали внушительным воинским контингентом и держались за наш Дальний Восток до 1922 года).

Хорошо видны противоречия между разными интервентами и местными белогвардейцами/атаманами на примере американских войск в Сибири. Которыми командовал бригадный генерал Уильям Сидней Грейвс.

Уильям Сидней Грейвс

Этот военачальник принимал участие в Филиппино-американской войне, работал в вашингтонском генеральном штабе, подготавливал вступление США в Первую мировую войну. А в 1918 году получил новое задание: руководить «американскими экспедиционными силами» в Сибири (Грейвса на это дело поставил лично тогдашний президент США Вудро Вильсон).

И вот тут начинается самое интересное. Дело в том, что у «союзных контингентов» Интервенции в Сибири... не было единого командования. Поэтому японцы подчинялись только японцам, американцы — американцам. И никто из них не подчинялся белому правительству А. В. Колчака. Потому ребята делали, что хотели, «кто в лес, кто по дрова».

В частности, японцы оккупировали Дальний Восток (и поддерживали де-факто независимых атаманов), британцы продавали белым оружие, а французский генерал Жанен (которому подчинялись «те самые» чехословаки)... в итоге выдал самого Верховного правителя А. В. Колчака иркутскому Политцентру.

Морис Жанен

Уильям Сидней Грейвс же занял особую позицию: мы нейтральная сторона, мы не вмешиваемся в «дела русских», а потому... одинаково относимся как к белым, так и к красным. Просто охраняем железную дорогу, помогать никому не будем, воевать с красными — тем более (впрочем, столкновения с некоторыми отрядами партизан иногда случались, как и инциденты с населением).

Потому генерал Грейвс заслужил лютую ненависть со стороны белых деятелей, которые обвиняли его в «большевизме». Однако, американцу было чем ответить. И он таки ответил, да так, что Грейвса по сей день активно цитируют, особенно в «левых интернет-ресурсах». И удивляться не стоит, кто еще мог такое про белых написать:

«Единственная власть, с которой я контактировал за все время службы в Сибири, – это правительство Колчака, если его можно назвать правительством. Я сомневаюсь, что без поддержки иностранных войск Колчак и его правительство смогло бы иметь достаточно сил, чтобы выступать в качестве суверенной власти.

Американцы на востоке России.

В договоре, известном как Межсоюзническое железнодорожное соглашение, касавшемся обслуживания и эксплуатации железных дорог в Сибири, все нации, имевшие там свои войска, признавали Колчака представителем России, и это наивысшая степень признания, которой когда-либо удавалось добиться его правительству. Ни одно государство никогда не признавало Колчака главой какого-либо существовавшего де-факто или де-юре правительства России...» (с) Уильям Сидней Грейвс. Американская интервенция в Сибири. 1918–1920.

На самом деле, одно государство все-таки было (Королевство
сербов, хорватов и словенцев), но из «великих держав» да, Колчака так никто и не признал. Этим текстом Грейвс отвечал на обвинения в «сочувствии советской власти», заявляя, что её он толком не видел, зато насмотрелся на белых. Вот про них и расскажет.

Суть в том, что многие белые деятели думали, будто бы войска иностранных держав должны за них сражаться, как за себя.

Американские интервенты.

Но американец Грейвс считал иначе: его послали в Сибирь, чтобы а) охранять участок железной дороги, б) сдерживать японские «аппетиты» (что уже тогда волновало американцев, тем более, что самураи направили на Дальний Восток армию в 70 с лишним тысяч человек, против 12 тысяч у американцев), в) помогать чехам с эвакуацией (поддерживая таким образом международный авторитет президента Вильсона в «глобальных интригах»). «На этом мои полномочия — все».

Оказавшись на Дальнем Востоке, Грейвс увидел, что реальной угрозой для дальневосточных атаманов и японцев являются... красные партизаны. А раз так, то и не надо им мешать.

Плюс колчаковская власть вызывала у американцев самые неприятные впечатления, я уж молчу про атаманов Семенова и Калмыкова («царства» которых критиковали сами белые центральные власти).

В этом бардаке Грейвс решил просто «поменьше влезать в чужие конфликты». Характерно, что этот американский генерал осуждал своих коллег на русском Севере, которые как раз реально воевали с большевиками, помогая местным белым.

У. С. Грейвс не одобрял поведения британцев и своих американских «коллег» на Севере. Разумно, кстати, предполагая, что внешнее вмешательство лишь сильнее настраивает население не в пользу белых.

Уильям Сидней Грейвс мало того, что этого не делал, так ещё и фактически красным иногда помогал. По крайней мере, атаман Г. М. Семенов и член колчаковского правительства Г. К. Гинс об этом в своих мемуарах писали. В частности, они обвиняли американского генерала в том, что он а) разрешал рабочим митинговать, б) не воевал с партизанами, в) помогал красным партизанам информацией и оружием (!) г) поддерживал антиколчаковские заговоры (эсеров, чехословаков и т.п.)

Самое смешное, что этот конфликт продолжился уже в эмиграции: Грейвс обвинял атамана Семенова в том, что последний... расстреливал американских военных. Впрочем, то дело Семенов все-таки выиграл, опираясь на показания британского генерала Нокса. Но это все к вопросу о «дружной единой Интервенции».

Колчаковская администрация на Грейвса производила впечатление «царской бюрократии», которую большая часть населения не поддерживает. Ну а атаманам Семенову и Калмыкову он выдал предельно конкретные характеристики: первый — «грабитель и негодяй», второй — «разбойник и головорез».

Атаман Иван Павлович Калмыков и его окружение.

И оба, без поддержки японцев, «не протянули бы и недели». При этом надо отметить, что Грейвс действительно не видел власть красных, но, тем не менее, сравнивал белую власть с властью американской. Разумеется, «счет» был не в пользу белых, так как Грейвс рассуждал о свободе слова, собраний и так далее.

И, что логично, Грейвс не хотел, чтобы его люди полегли в сибирских боях «вот за этих». Даже не столь важно, кто там «хороший, кто плохой». Просто интересы США иные, американский генерал будет соблюдать их, а не интересы Колчака или Семенова. Так что поведение «командира американских интервентов в Сибири» вполне объяснимо.

«Японские и казачьи командиры все время пытались приписать свои проблемы присутствию солдат Соединенных Штатов и тому, что каждый раз, когда кто-то из них обращался ко мне с предложением использовать американские войска, я отвечал, что наши силы не будут принимать участия во внутренних конфликтах и не станут защищать ни одну из сторон...» (с) Уильям Сидней Грейвс. Американская интервенция в Сибири. 1918–1920.

Атаман Семенов и генерал Грейвс. Потом они будут судиться, а сам Грейвс напишет, что если бы знал, что из себя представляет Семенов, то не стал бы с ним общаться)

В итоге деятельность Грейвса получила полное одобрение американского президента, Уильям дослужился до генерал-майора и вышел в отставку в 1928 году, где и занялся мемуарами.

Был ли Грейвс «советским агентом», как писали многие белые в эмиграции? На мой взгляд, вряд ли (правда он вообще власть большевиков не видел, кстати говоря, как бы он ее оценил?), просто ему эта война виделась чужой, помогать за «просто так» малосимпатичной власти американские интервенты в Сибири не пожелали...

Тёмный историк. Яндекс.Дзен.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх