Картина дня. Финансы

45 811 подписчиков

Свежие комментарии

  • Ольга Ушакова
    Косорылые бабы эти и косомозглые к тому же!!!! Одна котлежарка таскается по миру чего то там вякает, эти косорылихи н...Депутаты бундеста...
  • валентина пожиленко
    Похоже, что у украинских ученых не хватает умишка для создания необходимого для страны и народа, а потому они и приня...Украинские ученые...
  • валентина пожиленко
    Тогда вас люди называли псами, Ведь вы лизали немцам башмаки, Орали "Хайль" осипшими басами, Ревели "Ще не вмерла" от...Сенатор Грэм озву...

Смех Сталина на похоронах Кирова

Сталин заставлял людей смеяться на похоронах Кирова! И сам смеялся в голос, сквозь слёзы, но смеялся. Нужно ли иное подтверждение либералам, что товарищ Сталин сам Кирова и убил? Частушка, опять же, Хрущёвская: «Огурчики, помидорчики, Сталин Кирова убил в коридорчике…».

Смех Сталина на похоронах Кирова

Надоело такое слушать. Давайте обратимся к тому, кто Кирова и Сталина хорошо знал, много раз видел во вполне домашней обстановке. Я про мемуары приёмного сына Сталина Артёма Сергеева.

Артём рассказывает, что не было у вождя более близкого друга и более верного помощника, чем товарищ Киров. Кстати, про смех Сталина на похоронах тоже рассказывает Артём Сергеев. Только смысл там ровно обратный. Об этом чуть позже.

Артём называет Кирова удивительно лучезарным человеком. Киров умел всех помирить при любых неурядицах, разрядить атмосферу, удачно и к месту шутил

Сергеев называет «дядю Кирова» потрясающим трибуном. Умение работать с людьми, понять людей, зажечь сердца было поразительное.

Сергеев среди блестящих ораторов Революции называет, как ни странно, троих. Сталина, Кирова и Троцкого. Но была разница.

Киров выступал горячо и ярко. Сталин, напротив, спокойно и размеренно. При этом оба раскладывали всё по полочкам. После их объяснений оставалась полная ясность – куда идти и за что сражаться.

Троцкий же – человек-фейерверк! Куда-то всех яросно призывает, многие, как в дурмане, готовы бежать по его призывам. А закрыл рот и наваждение спадает. В головах пусто, куда звал, что делать, Горело ярко, но погасла шутиха, а что делать непонятно.

Все призывы Троцкого про чувства, эмоции. А вот Киров и Сталин исключительно про дело говорили. Были в этом очень похожи.

Рассказывает Сергеев и о характере Сталина и Кирова. Глупость, будто вождь завидовал партийному трибуну. При всей схожести – сильные стороны были очень разные.

Киров блистал именно с трибуны, в этом мало кто мог с ним сравниться. А вот в делах хозяйственных, как сегодня сказали бы, в экономике – был гораздо слабее Сталина.

Друзья очень хорошо дополняли друг друга и по одиночке им пришлось бы тяжело. Наоборот, убийство Кирова оказалось не только личной трагедией для вождя, но и потерей боевого соратника, ценнейшего помощника.

Про культ личности Сергеев пишет, что друзья постоянно подшучивали друг над другом. Никто не воспринимал хвалебные заголовки в газетах всерьёз.

В хорошем настроении, на отдыхе Киров шутливо звал Сталина «Великим вождём всех времён и народов». И добавлял ехидно:

«Не подскажешь, ты образованней меня, чей ты ещё великий вождь? Кроме времён и народов что ещё на свете бывает?»

А товарищ Сталин в отместку дразнил Кирова:

«Любимым вождём ленинградского пролетариата, а ещё и бакинского, да всего северокавказского. У меня голова - не дом Совнаркома, чтобы знать всех, чей ты любимый вождь».

Разумеется, эти шутки были для домашних. В рабочей атмосфере Сталин всегда был предельно корректен. Товарищ Киров, товарищ Сталин.

Сергеев вспоминает, что в обычной жизни Киров был очень простым человеком, любил повозиться в земле на даче, когда выпадала минутка. В гостях у Сталина на даче в Зубалово всегда брал лопату или грабли и шёл с вождём наводить порядок, заодно и голову на свежем воздухе проветрить.

К детям Киров относился с большой теплотой. Артёма выделял особо, так как хорошо знал и глубоко уважал погибшего отца Сергева – товарища Артёма.

В гибели Кирова Сергеев видит как раз очень сильный удар по Сталину. Какие там огурчики с помидорчиками. И по партии тоже тяжелейший удар врагов.

На поминках по Кирову Сталин принялся говорить речь и осёкся. Голос звучал глухо, Сталин был весь как бы раздавленный горем – съежившийся, сутулый. Завёл на патефоне любимую пластинку друга и на глаза слёзы навернулись.

И вдруг Сталин поднял голову и поставил «Врагу не сдаётся наш гордый Варяг!» И сказал просто:

«Товарищ Киров ценил жизнь и радовался жизни, если мы будем распускать сопли (Артём особо оговорил, что эта фраза запомнилась), то оскорбим память нашего любимого друга!»

И Сталин стал рассказывать разные случае с Кировым, какие-то были серьёзные, какие-то забавные. Вспомнил шутки Кирова и даже сквозь слёзы рассказал пару любимых другом юмористических рассказов Зощенко.

Сталин говорил о том, что жизнь продолжается и лучшей памятью об убитом товарище будет – работать на благо родной страны. Продолжить его дело. А закончил свою речь об убитом друге вождь так:

«Дорогой товарищ Киров без страха шел на борьбу, он знал, что исход в борьбе может быть таким лично для него, но был уверен в нашей победе и без колебаний готов был отдать свою жизнь. Вытряхнем наше горе, подтвердим его уверенность в нашей победе.».

МемуаристЪ.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх